Яндекс.Метрика

Петроглифы в Сибире часть 1

До недавнего времени из поля зрения большинства исследователей первобытного прошлого человечества выпадал целый мир древних культур, следы которых остались на огромных пространствах Северной Азии — между Уралом на западе и Тихим океаном на востоке. Зарубежным археологам древности Сибири либо вовсе не были известны, либо знакомство с ними ограничивалось отдельными, наиболее яркими памятниками.
Прежде всего речь пойдет о петроглифах. Исследование их стало особым разделом археологии, привлекающим к себе тем более живой и растущий интерес ученых, что пока вообще они остаются значительно менее изученными, чем другие виды археологических источников. Это связано с трудностями их поиска в малодоступных местах, сложностью расшифровки непосредственно на поверхностях скал и каменных глыб, трудностями точной полевой съемки их как художественных произведений, установления возраста, семантики, этнокультурной принадлежности и т. п. Стоит отметить, что в Сибири, суровой и когда-то малонаселенной, «дикой», по представлениям европейцев, интерес к петроглифам пробудился раньше, чем в большинстве «обжитых» уголков земного шара, не говоря уже о пустынных районах Африки, Австралии, Америки.
Изучение петроглифов Сибири (писаниц) насчитывает уже более трех веков. С самого начала освоения Сибири русскими наскальные изображения уже привлекали внимание любознательных землепроходцев и ученых. На берегах Енисея их заметил еще Н. Г. Спафарий, а до него — автор одного из хронографов, относящегося к первой половине XVII в. О писаницах Сибири писали И. Ф. Страленберг и Г. Ф. Миллер — «отец сибирской истории». На рубеже XIX и XX вв. писаницам Енисея посвятил свой огромный труд И. Т. Савенков. Петроглифы Сибири и Дальнего Востока продолжали привлекать внимание исследователей и в последующее время. Но особый интерес к ним проявился в послевоенные годы вместе с общим подъемом исторических и археологических исследований, одним из результатов которого явилось создание 5-томной «Истории Сибири».
Одними из первых обратили на себя внимание исследователей Сибири замечательные наскальные изображения в верховьях р. Томи, у деревни Усть-Писаной, получившей от них свое название. О них знали еще авторы XVII—XVIII вв., которых вместе с коренным населением этих мест поразило множество звериных и человеческих фигур, с необыкновенным терпением и тщательностью выбитых на скале, о подножие которой бьются волны быстрой горной реки, а вершина ее увенчана густыми зарослями леса.
Еще в первой половине XVII в., около 1645 г., в одной сибирской летописи-хронографе было записано: «Не дошед [Кузнецкого] острогу, на край реки Томи лежит камень велик и высок, а на нем писано: звери и скоты, и птицы, и всякие подобия; а егда по некоторому прилучаю оттор-жется камень, а внутри того писано, якоже и на край».
Томская писаница выбита и вырезана на гладких наклонных плоскостях сланца; рисунки на них местами наслаиваются друг на друга и их линии пересекаются. Большинство изображений выбито в камне характерной мелкой выбивкой — «точечной ретушью». Часть рисунков вырезана и вышлифована, а некоторые фигуры, первоначально выбитые, были затем «освежены» и усилены резными линиями.
Томская писаница, таким образом, «двухслойная», а рисунки резные сделаны явно позднее рисунков выбитых.
В отличие от скульптур, найденных в погребениях или на стоянках, древнейшие изображения Томской писаницы датируются только их сюжетами и стилем. Но и этого более чем достаточно, чтобы отнести древнейшие из них к каменному веку, к неолиту. В этих изображениях нет никаких следов, ни одного намека на скотоводство, являвшееся основным занятием и главным источником существования людей бронзового и раннего железного века.
Среди древнейших, выбитых точечной выбивкой, изображений выделяются фигуры человечков с широко расставленными и согнутыми в коленях ногами. Человечки эти как бы приседают в позе танца. Руки их распростерты в стороны и тоже изогнуты.
На писанице отчетливо видно, что два человечка схватились руками и крепко держат друг друга. Головы у них огруглые, широкие.
В другом месте среди лосей видна фигура человека с туловищем, изображенным в фас в виде треугольника, и головой, как будто повернутой вбок, как на египетских фресках. На голове видны широко выгнутые дугообразные рога. Одна рука его плавно изогнута и опущена вниз, другая согнута в локте, но поднята кверху. Ноги фигурки тоже слегка изогнуты. Человечек как будто обращается к кому-то с речью или с вопросом.
Наряду с рисунками людей видны рядом две схематически изображенные человеческие ступни. Есть также условные знаки в виде двух концентрических овалов, вписанных друг в друга. Они, возможно, представляют собой символы женской производящей силы — знак плодородия.
Но больше всего на Томской писанице фигур животных: звери на ней решительно преобладают. Вся писаница представляет собой как бы окаменевший обломок древнего звериного эпоса, целую поэму о зверях.
Под двумя отмеченными выше человечками видна фигура животного с выпуклой горбатой спиной и склоненной вниз ушастой головой, напоминающей медведя. Другая фигура животного изображена на бегу, в скачке галопом. У нее пара острых ушей и длинный кривой хвост. Это скорее всего лиса или волк. Одна из лучших по ее реалистической живости фигур Томской писаницы — журавль или цапля. Птица стоит на длинных кривых ногах; у нее змееобразно изогнутая шея и длинный острый клюв, опущенный книзу. Две фигуры изображают, по-видимому, филина или сову. Обе они трактованы по-разному и выполнены в различной технике. У одной фигуры, очевидно, более древней, видна широкая голова, напоминающая бубнового туза; посредине ее вырезан клюв, по бокам намечены глаза. Туловище птицы широкое, округлое и сплошь усеяно точками, очевидно, изображающими оперение.
Среди рисунков Томской писаницы видна и еще одна фигура птицы, выбитая наиболее глубоко и четко. Это явно водоплавающая птица, утка, изображенная в характерной для нее позе. Она как будто привстала на воде и, вытянув кверху шею с длинной массивной головой, отряхивает крылья.

Читать далее

 
  • Комментарии отсутствуют